CqQRcNeHAv

Любовь социальная психология

Любовь

Любовь социальная психологияЕсли дружба — это первый акт душевного сближения людей, то любовь — заключительный акт, составляющий вершину человеческой интимности. Любовь — это не только чувство, но и способность любить другого человека, а также возможность быть любимым. Она требует усилия и Старания, конечную цель приложения которых можно выразить одним словом — самосовершенствование, то есть поднятие себя до высот достоинства любви, до способности дарить ее другим. Это также искусство, которому надо учиться и в котором необходимо постоянно совершенствоваться.

Любовь — такой вид отношений между людьми, который не допускает господства одного человека над другим или беспрекословного подчинения одного другому. В любви обе стороны равны, одна не жертвует собой ради другой, а каждая, ничего не теряя, только приобретает. Люди в этом типе отношений не остаются разделенными так, как это бывает в отношениях вражды и одиночества. Вместе они составляют неразделимое целое, каждая сторона или часть которого служит условием и важнейшей предпосылкой для совершенствования другой.

Отдавая в любви свою жизненную силу и энергию другому существу, человек делит с ним свою радость, увеличивая ее, расширяя свое понимание мира, обогащая личный кругозор, свой опыт, знания и переживания, которые вместе составляют его духовное богатство. В любви человек отдает, чтобы получать, и получает, чтобы отдавать. Настоящая любовь вызывает в человеке взрыв ответной энергии, обратно направленные движения душевной щедрости.

Любовь предполагает заботу о другом человеке, заинтересованность в улучшении его жизни и развития. Где нет этого, там не может быть и настоящей любви. Любовь — это милосердие и ответственность любящего за любимое существо. Это и уважение к нему, и активное проникновение в него с целью познания, но без нарушения права иметь тайны и оставаться личностью. Страстное познание другого в любви отличается от бездумного созерцания и безразличного мышления, используемого как бездушное средство познания мира. Это познание путем духовного сближения, идентификации с любимым человеком, переживания своеобразного психологического тождества с ним.

Человек, глубоко и по-настоящему любящий кого-то, не может любить только его одного. Его любовь свои благодатные качества распространяет на других окружающих людей. Любящий, лично обогащенный этим чувством, избыток его дарит другим людям в виде доброты и сердечности, отзывчивости и человечности. Существует несколько видов любви: братская, материнская, эротическая, любовь человека к самому себе и к Богу.

Братская — это любовь между равными, одинаково распространяемая человеком на всех близких ему людей. Материнская любовь — любовь сильного к слабому, защищенного к беззащитному, имущего к неимущему. Материнская любовь наиболее бескорыстна и открыта для всех.

Эротическая любовь — это любовь психофизиологического плана к единственному человеку, жаждущая полного слияния с ним и продолжения в потомстве. Этот вид любви, в отличие от двух предыдущих, является исключительным в том смысле, что требует предпочтительности, особого выделения любимого существа среди других ему подобных и особенного, исключительного к нему отношения.

Любовь человека к себе как ценность до недавнего времени находилась в полном пренебрежении в нашей научной литературе из-за господства идеологии, исключительно ориентированной на общественный идеал. Мнение о том, что любить других добродетельно, а любить самого себя грешно, до сих пор довольно широко распространено среди многих людей. Но поставим следующий вопрос: может ли любить других человек, неспособный любить самого себя?

Ответ на него, очевидно, представляется отрицательным. С немалым количеством фактических доказательств этого утверждения мы встретимся, прочтя один из последних параграфов данной главы, посвященный одиночеству. Каждый человек — это такое же существо, как и окружающие его люди, и если он любит других, то почему же он не должен любить самого себя? Не может быть двух разных типов любви: к людям и к самому себе. Любовь — высокое чувство, или она есть, или ее нет. Известное библейское выражение "возлюби ближнего как самого себя" содержит в себе мысль о прямой зависимости между этими двумя сторонами всеобщей любви — к себе и к окружающим людям. "Любовь к другим и любовь к себе не составляют альтернативы", — пишет Э. Фромм. Напротив, установка на любовь к себе может быть обнаружена у всех, кто способен любить других.

Настоящая любовь к себе не бывает эгоистичной. От любви к себе эгоизм отличается тем, что при нем существует исключительная любовь к себе в ущерб такому же отношению к окружающим людям. Эгоистичный в любви человек желает только для самого себя всего того, что он должен отдавать людям. Кстати, и любовь к другому может приобретать форму эгоизма. Так, мать, беззаветно и бездумно любящая свое дитя, жертвует собой в угоду его эгоистическим устремлениям, лишает аналогичного чувства не только себя, но и окружающих людей. Как иначе, кроме эгоистической, можно назвать любовь такой матери к своему ребенку, которая в других людях не видит чьих-то детей?

Форма любви, которая называется любовью к Богу, в самом широком, социально-психологическом смысле слова является универсальной и всеобщей, вбирает в себя все другие виды любви, в том числе описанные выше, поскольку Бог в душе верующего означает высшую добродетель. Невозможно верить в Бога и не любить человека — его главное творение, равно как и обратное: любить — значит верить в высшую добродетель и в меру своих жизненных сил и возможностей стараться на деле ее реализовать в своем отношении к людям и к самому себе. Бог выступает как символ и воплощение принципов добра, справедливости, истины и любви, поэтому понятно появление у человека аналогичного чувства к нему.

Кроме перечисленных, можно выделить и описать разновидности любви, включающие отношение любящих людей к своим близким, прежде всего к матери и отцу. Когда такая любовь приобретает крайние формы, лишающие любви других людей, то она превращается в псевдолюбовь. Один ее вид Э. Фромм назвал невротической любовью. В этом случае оба "любовника" оказываются больше привязанными не друг к другу, а к своим родителям. Став взрослыми, они переносят эмоционально более сильное отношение к родителям на друга или подругу, видя в них не самоценных личностей, а только воплощение черт своих родителей, которые рассматриваются в качестве идеала. Но поскольку идеал может быть только один и копия никогда не сравнится с оригиналом, то и любовь к другому человеку оказывается всегда слабее любви к родителю.

Вариантом невротической любви, центрированной на родителях, является исключительно матерински или отцовски ориентированная любовь. Матерински ориентированные мужчины, например, в своих любовных отношениях часто остаются детьми и от женщины так же, как и от матери, жаждут материнской любви. Они бывают мягкими, добрыми, нежными и обаятельными, но вместе с тем беспомощными и безвольными. Их отношение к женщине остается поверхностным и безответственным, а цель — скорее быть любимым, а не любить. Если женщина не всегда восхищается таким мужчиной, если она делает попытки жить своей жизнью, если она хочет быть любимой и окруженной вниманием и не согласна прощать ему любовные дела с другой женщиной, то мужчина чувствует себя глубоко задетым и разочарованным (Э. Фромм). Такой мужчина ищет женщину, похожую на мать, и, найдя ее, становится счастливым, так и не выходя из возраста ребенка до конца своих дней.

Отцовски ориентированная любовь чаще всего встречается у женщин, которые сами в детстве были очень привязаны к своим отцам. Став взрослыми, они стараются найти такого мужчину, в котором воплотились бы лучшие черты отца, и обычно крепко привязываются к нему. Женщина, отцовски ориентированная, бывает счастлива с мужем, который заботится о ней, как о ребенке.

Еще одна разновидность псевдолюбви — фанатичная любовь к кумиру. Из любви равноправной она превращается в самоуничтожающую, в любовь-поклонение, в любовь-обожествление. Человек, любящий так другого человека, утрачивает себя как личность, теряет, вместо того чтобы приобретать. Это уже не любовь в описанном выше, высоком смысле этого слова, а идолопоклонничество.

Наконец, к категории псевдоглубоких любовных межличностных чувств может быть отнесена сентиментальная любовь. Здесь на первый план выходит поверхностное, ритуальное ухаживание, театральное поведение с эпизодами мелодрамы. Тех, кто реализует такую любовь, на самом деле не характеризует сколько-нибудь глубокое чувство к любимому человеку. Они скорее заняты самолюбованием, самими собой, чем проявлением чувства любви к другому человеку, на которое они, вероятно, вообще не способны.

Замечено, что два человека влюбляются друг в друга тогда, когда находят друг в друге воплощение идеала. Правда, иногда такое идеальное видение бывает односторонним, и в этом случае появляется так называемая неразделенная любовь. Правда также и то, что идеальные черты далеко не всегда с самого начала видны друг другу, а иногда то, что видится, на самом деле может быть иллюзией. "Привлекательность, — пишет Э. Фромм, — означает красивую упаковку свойств, которые престижны и искомы на личностном рынке".

Идеальное представление о наиболее желаемом объекте любви — явление историческое. Время от времени, в зависимости от состояния и уровня развития общества, оно меняется. Так, в средние века, а отчасти и в более позднее время, вплоть до середины XIX века, таким идеалом в мужском воплощении являлся рыцарь, а в женском — нежное, романтическое и преданное сердце. С конца XIX и до середины XX века в мужском идеальном образе ценились честолюбие, сила, агрессивность, а в женском — свобода поведения, кокетство и сексуальность. С середины текущего столетия идеалом мужчины начал постепенно становиться деловой, энергичный, терпимый, эрудированный, общительный и добрый человек, а идеалом женщины — примерно такая же личность, дополнительно обладающая еще парой достоинств: скромностью и деловитостью.

Любовь, начинающаяся с сексуального влечения или основанная только на нем, почти никогда не бывает прочной. Она недолговечна потому, что в ней нет настоящего высокого чувства и всего того, о чем говорилось в начале этого параграфа. Сексуальное влечение может стать фактором, скрепляющим любовь, но только при ее наличии. Без любви сексуальный акт создает видимость соединения людей, на самом деле разделенных бездной незнания друг друга. Этот акт, говоря словами Э. Фромма, "не в состоянии перекинуть мост над пропастью, психологически разделяющей людей". Такой акт исключительно чувственен, а настоящая любовь сердечна и рассудочна; он отключает разум, а любовь сознательна; он временный, а любовь вечная.

Любовь социальная психология

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Thanx: МГУДТ